Остановимся, наконец, на проблеме исполнительства в джазе. Это важный момент джазовой эстетики. Интерпретация в джазе решает многое: исходный материал «оживает» лишь тогда, когда он верно исполнен певцом, инструменталистом, ансамблем. Иначе говоря, в джазе важно не столько то, что исполняется, сколько как оно исполняется.

Музыка, основанная на активном ритме, — а именно ее чаще 
всего принимают за джаз — это только часть джаза. Круг образов и настроений в нем сейчас значительно шире. В спокойной, задумчивой, мягкой музыке активный джазовый пульс играет гораздо меньшую роль. Он как бы уступает место иным элементам музыкального языка — мелодии, гармонии, тембрам, фразировке и т. п.
Мы знаем много широкораспевных, гармонически насыщенных джазовых пьес. Нередко их объединяют общим названием — джазовые баллады. Сами по себе их мелодии не заключают специфически джазовых элементов. Они вполне могут быть аранжированы в академических традициях, например, для симфонического оркестра или камерного, ансамбля, что нередко и делается. Некогда они исполнялись популярными лирическими певцами. Сотни таких песен, возникших в былые годы, аранжированы для джаза, популярны и в наше время. Достаточно упомянуть «Звездную пыль», «Стеллу при лунном свете», «Туманно», многие песни Дж. Гершвина, К. Портера, Дж. Керна и т. д.